Биография Театр Фильмография Фонд Подари Жизнь Фото Видео Новости
17.10.2012 — «Я пытаюсь дать своим детям не только максимум любви, но и максимум правды» Интервью для журнала «7 дней».
Разговор с Чулпан мы начали днем в Центре детской гематологии, онкологии и иммунологии, продолжили ночью, когда она ехала в поезде на съемки, а закончили вечером следующего дня, когда она собиралась на спектакль «Рассказы Шукшина».

— Чулпан, а вы знаете всех детей опекаемого фондом «Подари жизнь»
Центра детской гематологии, онкологии и иммунологии?


— В этом Центре одновременно лечится больше трехсот детей, а у нашего фонда еще несколько подопечных клиник. Со всеми детьми познакомиться невозможно. Если, конечно, ты существуешь в нормальном человеческом режиме, а не как в фаст-фуде — формально улыбнулся, погладил по головке, и… следующий! К сожалению, не всегда есть время навещать детей в больнице. Но если звонит волонтер или врач и говорит: «Чулпан, тут есть мальчик, который очень хочет тебя видеть, у него скоро новый сложный блок лечения», я стараюсь сразу приехать, несмотря ни на какие дела. Так поступают многие наши артисты.

— Для детей действительно так важны эти встречи?

— Понимаете, дети в больнице существуют в закрытом стерильном пространстве, и для многих из них единственное окно в мир — это телевизор. И они начинают мечтать о той другой жизни и о том, как было бы здорово пообщаться с каким-то артистом. И фонд звонит этим артистам и просит прийти. Чаще всего дети просят «папиных дочек». Они здесь частые гости, особенно Мирослава Карпович. Любят Настю Заворотнюк, Нелли Уварову. И они сюда приходят регулярно. А замечательный Гоша Куценко вообще отсюда практически не выходит. Как пришел пять лет назад, так и не оставляет нас. Дружит с какими-то детьми, приезжает чуть ли не как к себе домой, и они счастливы, когда его видят.

— Когда дети радуются, это, наверное, как-то сказывается на эффективности лечения…

— Такие моменты исполнения желаний не панацея, но очень важный фактор в лечении. Иногда после их осуществления дети буквально становятся на ноги. Происходят настоящие чудеса. Много раз это наблюдала. У нас есть маленький мужественный пациент Соня Пятница. Она уже много лет борется за жизнь. И вот после трансплантации костного мозга и уже даже не знаю какой по счету химии у нее началась очень сильная РТПХ. Это реакция трансплантата против хозяина, когда организм никак не может принять донорский костный мозг. Анализы Сони были ужасные, самочувствие тоже. Она не славится тем, что опускает руки, но тут как-то скуксилась. Ее апатия была непробиваемая, и врачи забили тревогу, сообщив в наш фонд, что для Сони нужно срочно пригласить ее кумира Диану Арбенину. Соня ее обожает, влюблена как в певицу. Диане сообщили о ситуации, она в какой-то свободный осколок времени сразу же приехала в больницу и очень серьезно с Соней поговорила. Сказала, что ей тоже непросто живется, но она как-то старается сладить с этой жизнью. Потом Диана поставила Соне условие: если та возьмет себя в руки, начнет любить эту жизнь и выздоровеет за два месяца, она обещает ей выступление в настоящем музыкальном клубе перед настоящей публикой. И произошло невероятное — в кратчайший срок у Сони анализы улучшились настолько, что врачи, которые уже готовились к самому худшему, разрешили девочке выходить в люди. Это значит, что ее организм готов принимать всякие инфекции и с ними бороться! И Соня Пятница вышла на сцену в настоящем клубе и спела с Дианой! Соня лечится до сих пор. Лечение идет волнами: ей то лучше, то хуже. Сейчас она снова в ремиссии, живет в пансионате при Центре, посещает дневной стационар, а в свободное от лечения время приходит ко мне на спектакли и репетиции. Она видела практически все мои спектакли: и старые, и новые. В том числе и две премьеры — «Враги. История любви» и «Фрекен Жюли». «Фрекен Жюли» смотрела не из зала, а из-за кулис. Там играла собака, и, собственно, Соне спектакль был не интересен, а интересно было поиграть с псом. А еще ее восхищало, что весь спектакль идет снег, и когда все закончилось и зал опустел, она тихонечко вышла на сцену и набила им целые карманы…

— Соня даже знакома с вашими дочками?

— Да, Соня Пятница вообще уже стала членом нашей семьи. Она знакома даже с младшей Ией-Анастасией — была у нее на дне рождения. Хотя Соня стала близким человеком не только мне, но и всем людям из фонда. Потому что история ее борьбы за жизнь уникальная, у ребенка долгое тяжелое плавание. Поскорее бы она прекращала свое лечение и выметалась из больницы в обычную жизнь! И пусть не сомневается, ее мы будем любить не меньше и никогда не бросим.

— В Центре лечатся не только маленькие пациенты, но и те, которых называют молодыми взрослыми…

— Да, и это тоже огромная проблема. Дети начинают лечиться, например, в 16, 17 лет… А лечение настолько сложное, что иногда длится годами. И когда им исполняется восемнадцать, автоматически нужно переходить во взрослую больницу. Но если при других болезнях формальный подход не сказывается, то здесь это опасно для жизни. Ведь методы лечения детей и взрослых в онкологии совершенно разные. Деталей множество, например, считается, что взрослый организм не так активно борется за жизнь и не может воспринимать большие дозы химии, которые воспринимает организм детский. И такие различия во всем.

— Но я знаю, что в Центре детской гематологии принимают пациентов до 25 лет?

— Да. Но Минздрав отказал Центру в выдаче лицензии на лечение подростков и молодых взрослых в возрасте от 18 до 25 лет. А значит, не выделяет деньги на их лечение. Теперь все пациенты, которым уже исполнилось 18 лет, могут лечиться в Центре только платно или должны перейти во взрослую клинику. Мамы наших пациентов уже обратились с письмом к президенту, принимавшему личное участие в создании Центра.
Однако пока вопрос будет рассматриваться, пока будет приниматься решение, процедуры ни в коем случае нель­зя прерывать. Поэтому наш фонд взялся помогать оплачивать лечение этим пациентам. Суммы колоссальные. И мы очень надеемся, что наше законодательство в этом вопросе изменится. А пока я очень прошу читателей этого номера не бросать нас одних и помочь фонду собрать деньги на лечение этих детей. Сейчас больше всего в помощи нуждаются Артур и Маргарита. Артуру Тимербаеву уже 19 лет. Семь лет назад ему пересадили донорскую почку. Она у него одна-единственная. Артур вынужден принимать серьезные лекарства, подавляющие иммунитет. Из-за этого началось осложнение — болезнь Ходжкина: лимфоциты стали безудержно размножаться и поражать легкие, мозг и другие органы. Таблетки отменить нельзя — начнется отторжение донорского органа, а без почек жить невозможно. Артур поменял массу больниц, но врачи не могли справиться с проблемой — он становился все слабее, практически ослеп, его мучили невыносимые головные боли. Из очередной больницы в силу «безнадежности случая» Артура выписали буквально на улицу. Вернуться на родину в Уфу означало сдаться и погибнуть. То, что его приняли в Центре детской гематологии, онкологии и иммунологии, вся семья восприняла как чудо. Здесь Артуру индивидуально подобрали лечение и провели первый блок химиотерапии. И она подействовала — самочувствие стало улучшаться, зрение вернулось. Теперь жизненно необходимо продолжать лечение. На это нужно 4 миллиона рублей. Таких денег у Артура и его семьи нет.
Столько же стоит лечение Риты Хай­руллиной из Челябинской области. До болезни она профессионально занималась спортом и входила в состав сборной России, а в прошлом году стала победительницей финального этапа юниорского Кубка Европы по триатлону в Турции. Но в феврале этого года на сборах в Греции стала сильно уставать, а потом вовсе не смогла встать на очередную тренировку. Рите поставили страшный диагноз: острый лимфобластный лейкоз. Раньше она мечтала о победе на Олимпиаде, а теперь — о победе над болезнью. Рита так мужественно борется с недугом, что я уверена, вылечившись, обязательно станет олимпийской чемпионкой. Недавно ей исполнилось восемнадцать, и в Центре детской гематологии она может продолжать лечение только за деньги. Во многом от читателей зависит, будет наша Рита и дальше выступать на соревнованиях или нет. О том, как помочь Рите и Артуру, можно узнать на сайте фонда podari-zhizn.ru. Очень важно помочь этим ребятам.

— Центр — заведение уникальное, подобной клиники для взрослых в России нет. Здесь же какие-то суперсовременные технологии внедрены!

— Здесь все уникально, даже история, как этот Центр создавался. Это полностью инициатива, мечта наших невероятных, любящих свое дело врачей. Это они забили тревогу, что в стране нужен такой центр. Они всё придумали так, чтобы дети лечились в самых лучших условиях. Главный врач Галина Анатольевна Новичкова лично всё продумывает, вплоть до занавесок в палатах, которые отталкивают пыль. А последний этаж в клинике компьютеризирован и приспособлен под то, чтобы дезинфицировать воздух в больничных корпусах и регулировать в палатах температуру. До этого дети лечились в обычных детских больницах, где микроорганизмы накапливаются годами. Для обычных детей они не опасны, но убивают тех, кто после химиотерапии и трансплантации костного мозга лишен иммунитета. И вот теперь благодаря врачам у нас в стране есть этот Центр, со стороны похожий на космический корабль.

— Это еще совсем новая больница, возможно, чего-то не хватает?

— Да, например, сейчас в больнице оборудованы всего две из десяти игровых комнат! Их наполняли всем миром — Ваня Ургант подарил мягкую мебель, кто-то принес музыкальный центр… Многие считают, что оборудовать игровые комнаты — не прямая помощь детям. Поэтому собирать деньги на это очень сложно. Все деньги пошли на медицинские нужды, а на развлечения не хватает. Но развлечения для пациентов Центра — это вовсе не прихоть и не каприз. Это необходимость! Детям нужно играть, чтобы в промежутках между мучительными процедурами отвлекаться от боли. Каждый день у них воспринимается не так, как у взрослых. Больницу взрослый воспринимает как временное пребывание, а дети мыслят другими масштабами. Для них каждый день — это целая жизнь. И если в этот день было плохо, грустно и они не играли, им кажется, что у боли и грусти нет конца и так будет всегда. А этого нельзя допустить, потому что иногда дети опускают руки, перестают есть, играть, разговаривать. У них стремительно ухудшаются анализы. И что самое ужасное, они начинают хотеть умереть. По незнанию они воспринимают смерть не как гроб и кладбище, а как отдых. Не представляют, что возврата нет. Поэтому игровые комнаты в больнице нужны так же, как лекарства и оборудование. И чтобы они здесь появились, Центру нужна ваша помощь.

— Хорошо, когда дети, которых любите всем сердцем, выздоравливают, но ведь иногда чуда не происходит…

— Это чудовищно больно. Но что поделаешь... Врачи не боги. Я помню всех ушедших детей, с которыми дружила. Их фотографии и подарки всегда находятся в каких-то близких глазу местах. Например, у меня есть мишка, подаренный одной девочкой. Он сидит дома в шкафу, и каждое утро, когда я открываю его, чтобы одеться, мишка мне говорит «привет»…

— Я знаю, что ваши дочки с некоторыми детьми близко дружат, приходят на праздники в больницу, а иногда приглашают к себе домой. Как же им, наверное, больно, когда их друзья умирают… Галина Борисовна Волчек уже много лет говорит, что так нельзя, потому что, помогая чужим детям, вы раните собственных.

— Уверена, это не может их ранить. Родители и дети из больницы дарят им свет. Такое общение душевно обогащает. Мои дочери много знают не только о боли и смерти, но о радости и жизни. Эти знания приходят к ним одновременно… Я пытаюсь дать им не только максимум любви, но и максимум правды. Дочки не могут жить в оранжерее и не видеть вообще никакого горя. Горе сплошь и рядом, и не только в нашей стране, а во всем мире. И чем раньше они это поймут, тем скорее научатся ценить жизнь в ежедневном ее проявлении.

— В одном из интервью ваш брат Шамиль заявил: «Благотворительностью заниматься не буду, потому что меня все обманывают».

— Его жестоко обманул мальчик, представившийся беспризорником. Шамиль тогда очень переживал и, отвечая на вопрос, явно психанул. Вообще, если где-то критическая ситуация, кого-то нужно привезти-отвезти или требуется другая срочная помощь, к Шамилю и его жене Даше всегда можно обратиться, они никогда не откажут в помощи.

— В прошлый раз, когда я брала у вас интервью, вы сетовали на то, что многие друзья, знакомые и даже любимые мужчины не принимают вашей погруженности в дела фонда. Этот груз для них слишком тяжел, они не выдерживают и уходят из вашей жизни, из вашего круга…

— Я помню этот наш с вами разговор. После него прошло почти четыре года, но и сейчас все то же самое. Разница только в том, что тогда я воспринимала это болезненно, а теперь мне наплевать с высокой крыши. Я стала сильнее, перестала на них дуться и могу дать им возможность не поддерживать меня. Понимаю, что все мои близкие не обязаны любить то, чем я занимаюсь. Каждый в этой жизни идет своим путем.

—Хватает ли у вас времени на собственных детей?

— Я постоянно ощущаю острый дефицит времени. Но это естественно, если у тебя трое детей. Когда я принимала решение родить третьего ребенка, знала, на что шла. В моей жизни нет ничего, что есть у нормальной молодой женщины. Нет лишних разговоров, я не вишу на телефоне часами, чтобы по-женски с кем-то потрепаться… У меня вообще практически нет общения с друзьями. Из театра я бегу пулей, потому что хочу успеть поцеловать засыпающего ребенка в нос. У меня в жизни очень редкие вылазки куда-то: в кино или в тот же самый театр. Непросто заставить себя вечером пойти туда, откуда ты только что пришел… Я очень дозированно поль­зуюсь Интернетом, лишний раз не отвечаю на письма, не вступаю в какие-то «левые» бесполезные разговоры… Знаете, оказывается, есть люди и вещи, которых называют смешным словом «хронофаги». Они воруют наше время. Раньше вокруг меня они вились целыми толпами, но я, видимо, поумнела и жестко расчистила свое личное пространство…

— Помню, вы говорили мне, что не только не тратите время на просмотр телевизора, но что у вас его даже нет…

— У нас есть теперь телевизор... (Сме­ется.) Этого потребовала изменившаяся семейная ситуация…

— В лице супруга-режиссера?

— Да. В моей жизни телевизора не существует, а мужу он необходим. Он смотрит хорошие программы, интересные каналы. И девочки телевизор смотрят: фильмы про тигров и дельфинов.

— Может быть, вслед за телевизором в их жизни появилась еще и Барби, которую прежде вы называли настоящим мон­ст­ром?

— Признаюсь, Барби была, и не одна. Сейчас Арина с Асей уже переросли кукол, им 10 и 9 лет. Но им было необходимо познакомиться с этим и выработать свое отношение, свой вкус и иммунитет к тому, что навязывает существующий порядок вещей, окружение. Только так они сами могут делать осознанный выбор, что для них интересно, а что нет.

— Слышала, что вам нравится время Средневековья и вы мечтали бы в нем жить. И, если была бы такая возможность, вовсе не красили бы ногти и голову мыли бы раз в три месяца.

— Именно так! Но это мечты. Я не могу себе это позволить, и в первую очередь из уважения к окружающим конечно же за собой слежу — и маникюр делаю, и волосы держу в порядке. Короче, если можно не идти в салон красоты, я туда не иду. В магазинах бываю изредка — на гастролях покупаю детские вещи. Но зато, когда дети вырастут и у меня будет пенсия, я улечу в Ботсвану! (Смеется.) Это космическое место невероятной красоты и гармонии. Буду там тусить по ночным клубам.

— Летали туда с детьми?

— Нет, они смогут туда полететь, когда станут постарше и им можно будет пить таблетки от малярии. Я не всегда беру дочек с собой. Если дорога утомительная, дети остаются дома. А, например, в Ирландию их взять можно. Там все очень хорошо организовано для туристов. На каждом углу готов и кров, и стол, и чистая постель. Там легко взять машину напрокат и ехать без всяких планов куда глаза глядят, останавливаясь в красивых местах.

— Существует мнение, что все дети обладают каким-то уникальным знанием, которое с возрастом теряется. Каким знанием в детстве обладали вы?

— Я жила для того, чтобы выйти утром из дома и понюхать первый распустившийся пион. Я знала, чего хочу: чтобы у меня на шее появилась родинка. Потому что представляла, что первый поцелуй произойдет именно в нее. Желание было настолько велико, что такая родинка у меня появилась!.. Я искренне не понимала, когда смотрела взрослые фильмы про мужчину и женщину, почему они никак не могут договориться, если так любят друг друга.

— Теперь поняли?

— Теперь поняла. (Смеется.) Став взрослой, потеряла эту ясность и сама нахожусь в тех же ловушках, каким когда-то удивлялась… В детстве все казалось простым и ясным. Не знаю, с чем это связано. Возможно, с большим количеством прочитанных книг, прослушанных пластинок, просмотренных фильмов и мультиков, которые создавались специально для детей. В них было все четко: это хорошо, а это плохо. В том мире невозможно было потеряться. У меня нет ностальгии по советским временам, но не могу не признать: было в них одно грандиозное достоинство — тогда понимали, что такое дети и сколько в них надо вложить. Конечно, это вызывает огромное уважение. Сейчас этого нет. Мои девочки слушают мои старые пластинки и смотрят добрые советские мультики, потому что достойной альтернативы, увы, очень мало.

— Наверняка в их фильмотеке почетное место занимает мультик «Ежик в тумане» Норштейна?

— Конечно.

— С Юрием Борисовичем вы дружите не один год, и он практически стал вашим личным экскурсоводом по художественным музеям. Водит вас в Пушкинский и в Третьяковку, когда там нет школьников, показывает все буквально с лупой и рассказывает о самых разных произведениях искусства. Присоединятся ли к этим походам ваши старшие дочери?

— Нет, я не хочу ни с кем делиться. (Смеется.) Я не беру их туда, потому что это очень подробные разборы, к которым они пока не готовы. Так что с Юрием Борисовичем мы путешествуем вдвоем. И во время этих прогулок я буквально напитываюсь прекрасным. В привычном течении жизни Юрий Борисович видит самые прекрасные ее стороны. У него волшебные глаза, удивительная речь, каждое предложение — шедевр: «я обмазался историей как медом», «я открыл книгу и упал в нее»… и так до бесконечности.

— А ваши дети ходят на ваши спектакли или вы считаете, что они и для этого недостаточно взрослые?

— А тут вы ошиблись очень сильно. (Смеется.) Они не только смотрят мои спектакли, но даже играют в «Трех товарищах». Забавно получилось. У меня появился второй состав — на мою роль ввелась Света Иванова. И я была невероятно счастлива тому обстоятельству, что в моей неделе наконец-то образовался свободный вечер. Но не тут-то было! Теперь я приезжаю на этот спектакль в качестве сопровождающего своих детей. Они выходили на сцену и прежде, когда были совсем маленькие, потом почему-то театр разлюбили. Сейчас в их головах снова что-то такое щелкнуло, и им опять хочется побегать по сцене. Дочки пересматривают все мои спектакли, и иногда по многу раз. Из всех спектаклей они больше всего любят «Рассказы Шукшина». Правда, когда в финале начинается последний грустный рассказ, убегают за кулисы.

— Я помню, когда-то у старшей Арины было желание быть механиком, чтобы носить меха... А как вы смотрите на то, что дочери пойдут вашей дорогой? Это вас не пугает, ведь профессия очень сложная, зависимая?

— Она сложная, но прекрасная! И если им повезет, значит, это будет так. А если им не повезет, то, значит, у них будет какой-то другой путь. Каждая мама, конечно, хотела бы легкой, безоблачной жизни для своего ребенка.
Но такого не бывает ни в одной профессии. Вообще в жизни такого не бывает…

— Два года назад вы говорили: «Я нахожусь в очень интересной точке бытия, у меня много сил, детей, я наполнена любовью и очень счастлива». Сегодня можете это повторить?

— Легко. И сейчас у меня точно такое же мироощущение. Мне кажется, это у каждой мамы, у которой маленькие дети. Если бы у меня не было детей, я бы никогда не перечитывала книжки, которые читала в детстве, не пересматривала мультики, не слушала заново старые пластинки, а сейчас я все это делаю. А если бы у меня не было фонда, я бы никогда не общалась с таким количеством детей, с каким общаюсь теперь. И никогда не получила бы такого убедительного доказательства, что хороших людей больше, чем плохих. Если бы у меня не было моей профессии, я бы никогда не смогла так двигаться вперед в собственном развитии. Ведь актерская профессия вся построена на поиске новых граней в самой себе.

— Неужели никогда не ощущали потерю интереса к жизни?

— Ощущала конечно же. Не могу же я постоянно находиться в точке равноденствия. Жизнь каждого человека наполнена не только светлыми, но и темными полосами, когда кажется, что тебя не любят и ты никому не нужна. Наваливается апатия, наступает внутренняя смерть, и ты уже не понимаешь, зачем тебе просыпаться с утра и выходить на улицу. Но, к счастью, это проходит…

— Когда в последний раз испытывали подобное?

— В этом году у меня была отчаянно сложная зима. Но я ей очень благодарна, потому что кроме взросления, мудрения и приобретения опыта зашивать самой на себе раны в мою жизнь вдруг проникло огромное количество прекрасных людей. С ними я никогда не была знакома, но они каким-то образом находили мой телефон и говорили теплые слова, что все хорошо и они меня любят. И сегодня я абсолютно счастлива и вижу произошедшее с позитивной стороны, потому что понимаю: это был очень интересный и, возможно, важнейший этап в моей жизни. Пройдя его, я поняла, что, если у тебя внутри правда, нужно стоять на своем. Нельзя позволять этому миру себя ломать. И мне кажется, я стала гораздо сильнее…

— В детстве вы смотрели фильм «Вам и не снилось...» и так переживали, что у вас даже температура поднялась. Вы всегда так остро реагируете, если вам что-то особенно нравится?

— Да. Начинается озноб, я не могу с собой справиться. Не могу даже выговорить слова благодарности, лепечу какие-то общие пошлости.

— Когда в последний раз с вами случалось что-то подобное?

— Эмоции такого накала я испытала совсем недавно. Это был «квартирник» Бориса Гребенщикова, который он играл в пользу фонда помощи хосписам «Вера» в Центре Мейерхольда в Москве. Было здорово. БГ пел свои песни. Это были мои становленческие песни, краеугольные камни в моем мировоззрении, которые повлияли на все мои судьбоносные решения. Я сидела и понимала, что не заметила промелькнувших 23—24 лет моей жизни. Мне казалось, прошло всего два или три дня. И я заплакала. Меня трясло от юношеских воспоминаний, от благодарности за то, что БГ есть. И я ощутила: раз ЭТО вложено в мою душу ТАКИМИ людьми, я не должна никому позволять это расплескать. И почувствовала мощный прилив силы и радости.

— Любопытно все устроено. Мне кажется, эмоции у вас — номер один. При этом от природы вы наделены математическим складом ума, блестяще учились в специализированной школе и легко поступили в Казанский финансово-экономический институт. Как это все сочетается и что у вас важнее — разум или чувства?

— Даже не знаю. Стремлюсь, чтобы был разум. В каких-то вещах я очень прагматична. Например, ставлю четкие цели, пытаюсь их достигнуть, рассчитываю шаги, просчитываю ходы.

— Как-то вы летели из Англии в Россию и в аэропорту Хитроу за перевес заплатили сумасшедшие деньги — около тысячи фунтов. В чемоданах были книги, которые стоили раз в десять меньше этой суммы. Ну какой же это расчет?!

— Все логически объяснимо. Я везла большие альбомы, некоторые — очень редкие. Их невозможно было просто бросить в аэропорту, потому что меня никто не провожал. И я ни секунду не пожалела денег, которые переплатила, потому что лично для меня они гораздо ценнее. Я очень люблю их рассматривать.

— Вы так любите читать?

— Да, я люблю книги. В какую бы страну ни приезжала, всегда стараюсь зайти в книжный магазин. Сначала в отдел детских книг. Могу купить издание на совершенно непонятном языке, если там красивые иллюстрации. Потом — в отдел, связанный с авторской фотографией.

— Почему вас так привлекают именно фотографии?

— Мне интересно видеть, как меняется наша жизнь, какой она была раньше, из каких деталей состояла.

— Наверное, сами фотографируете?

— У меня был период, когда я фотографировала и проявляла пленку. Меня завораживал процесс. Но потом перестала, потому что это надо делать либо хорошо, либо никак. Сейчас я снимаю как все. Все упростилось — практически каждый телефон обладает хорошей камерой. Я щелкаю всегда и везде, но не называла бы это громким словом «фотографирую». Просто фиксирую мгновения жизни...

— У вас большая семья, и у всех разные таланты. Я слышала, что ваша двоюродная бабушка — вторая Раневская...

— Не знаю, как по поводу Раневской… Но моя тетя (я так ее называю, хотя это младшая сестра моей бабушки) очень талантлива. Сестер было пятеро. Их отец рано умер, и прабабушка воспитывала девочек одна. Она была очень собранным и жестким человеком. Например, сестры не могли вернуться домой позже девяти вечера. Потому что именно в это время на все замки закрывались двери. И моя мама со своей двоюродной сестрой не раз связывали простыни, чтобы тетя по простыням забиралась на второй этаж. Иначе попасть домой не представлялось возможным — прабабушка оставалась непреклонной... С детства тетя была натурой творческой и артистичной, она подмечала детали в поведении других людей и могла очень точно их передать. Это природный талант, который она так и не реализовала, всю жизнь проработала педагогом в авиационном институте. Сейчас ей 67 лет, и она больше всего на свете хочет сняться в кино. Хулиганские беседы об этом мы ведем уже лет пятнадцать. Мечты должны сбываться, а тетя всю жизнь мечтала быть артисткой… Помню, когда она в первый раз увидела меня на сцене, проплакала весь спектакль: начала рыдать, как только я вышла, и рыдала до конца. В детской постановке «Робинзон Крузо» я играла Пятницу. Никакого повода для слез там не было. Но такое мощное впечатление произвел сам факт нахождения на сцене ее двоюродной внучки. С тех пор она смотрит все мои спектакли и подробно обсуждает, что ей нравится, а что нет. Очень часто после этих серьезных разговоров мы вспоминаем момент, когда она впервые увидела меня на сцене. И хохочем…

— Признайтесь, когда громче всего над собой хохотали в последний раз?

— На днях, когда обнаружила свой iPad в холодильнике…
Abuse Contact Чулпан Хаматова — Новости, фото, видео, театр, кино. Творческий вечер. Сайт о Чулан Хаматовой. Биография. Дети. Благотворительный фонд Подари Жизнь. Гарегин Нжде, Рассказы Шукшина, Фрекен Жюли, Скрытая перспектива, Враги: история любви, фильмография. Интернет сайт.
Сайт о Чулпан Хаматовой | khamatova.ru | en.khamatova.name | podari-zhizn.ru | winnersgames.ru | sovremennik.ru | podarizhizn.ipb.su | игры-победителей.рф